Верховный Суд в постановлении от 11.07.2024 дал разъяснение: наличие каких доказанных фактов является основанием для применения к Поставщику товара по договору о закупке штрафа.
Решением судов первой и апелляционной инстанций отказано в удовлетворении иска Государственного предприятия к ООО о взыскании штрафа на сумму 2 096 757 грн. по договору о закупке от 25.11.2022.
Истец ссылался на то, что Ответчик не осуществил поставку оговоренного договором товара в пределах календарного года и в нарушение пункта 3.6. договора не выполнил обязательство о предоставлении истцу как заказчику в определенный договором срок обеспечения возврата предоплаты в форме банковской гарантии, учитывая что согласно подпункта 8.3.2. пункта 8.3. договора обязан уплатить штраф в размере 20% стоимости непоставленной (непринятой) продукции.
Суды предыдущих инстанций пришли к выводу отсутствие оснований для возложения на Ответчика ответственности в размере 20% штрафа от стоимости непоставленной продукции, предусмотренной подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора отсутствуют, и исходили из того, что:
-Непредоставление Поставщиком Заказчику банковской гарантии в денежном обязательстве Заказчика по договору делает невозможным осуществление Заказчиком оплаты продукции и является просрочкой кредитора в понимании ст. 63 ГКУ, а действующее законодательство не относит к правовым последствиям просрочку кредитора возложения на него штрафных санкций; такие последствия установлены законом для должников;
-Основанием для применения неустойки, определенной подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора есть одновременное существование таких условий: нарушение ответчиком срока поставки продукции при непредоставлении заказчику за 45 календарных дней до окончания соответствующего календарного года банковской гарантии. Однако истец не доказал обстоятельств нарушения ответчиком срока поставки продукции, что делает невозможным возложение на ответчика ответственности в виде штрафа, предусмотренного подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора, поскольку в договоре стороны согласовали срок поставки продукции до 28 февраля 2023, а доводы истца о том, что поставка продукции должна состояться до конца 2022 года противоречат условиям договора. Также, Истец не предоставил доказательств согласования сторонами срока поставки продукции до 31 декабря 2022 года и необходимости выполнения ответчиком обязанности по поставке продукции к этой дате, договор был расторгнут 31 декабря 2023 года в одностороннем порядке Заказчиком, учитывая что с этой даты обязательства сторон по договору прекратились и по состоянию на эту дату согласованый сторонами в договоре срок поставки продукции не наступил.
Верховный Суд 11.07.2024, соглашаясь с решениями судов предыдущих инстанций, оставил их без изменений и отклонил кассационную жалобу ГП ввиду следующего.
Суды предыдущих инстанций, проанализировав условия заключенного между сторонами в деле договора, установили, что по условиям настоящего договора у Ответчика как Поставщика возникли обязательства, в частности (1) по поставке истцу как Заказчику оговоренной договором продукции в установленный договором срок (пункты 1.2.). даты заключения настоящего договора обеспечения возврата предварительной оплаты в форме банковской гарантии, предоставленной обслуживающим банком Поставщика (пункт 3.6 договора).
При нарушении обязательства наступают правовые последствия установленные договором или законом, в частности, уплата неустойки (п.3 ч. 1 ст. 611 ГКУ).
Штрафными санкциями в Хозяйственном кодексе Украины признаются хозяйственные санкции в виде денежной суммы (неустойка, штраф, пеня), которую участник хозяйственных отношений обязан уплатить в случае нарушения правил осуществления хозяйственной деятельности, неисполнения или ненадлежащего исполнения хозяйственного обязательства (ч.1 ст. 230 ХКУ).
В пункте 8.2. договора стороны установили ответственность Поставщика в виде пени за нарушение срока поставки, непередачи (несвоевременную передачу, возврат по основаниям, установленным настоящим договором) продукции и предусмотрели дополнительную ответственность Поставщика в виде штрафа за нарушение срока поставки продукции более 30 календарных дней.
Осуществив анализ подпункта 8.3.2. пункта 8.3. договора, суды предыдущих инстанций правильно установили, что указанное условие договора содержит ссылку положения пункта 8.2. договора, касающиеся ответственности Поставщика за нарушение срока поставки, непередачи продукции, и с учетом ее содержания устанавливает ответственность именно за нарушение Поставщиком обязательства по поставке продукции. Подпункт 8.3.2. пункта 8.3. договора устанавливает дополнительную ответственность Поставщика за невыполнение основного обязательства по поставке товара, предпосылкой применения которой является доказательство наличия факта нарушения обязательства. При этом суды предыдущих инстанций правильно установили, что основанием для применения дополнительной ответственности в виде штрафа, предусмотренной подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора, есть одновременное существование следующих условий: 1) нарушение Поставщиком срока поставки продукции; 2) не предоставление Поставщиком Заказчику за 45 календарных дней до окончания соответствующего календарного года Банковской гарантии.
Исследовав наличие в спорных правоотношениях, возникших между сторонами по делу, существование первого указанного условия применения ответственности, предусмотренной подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора, суды предыдущих инстанций установили отсутствие в материалах дела доказательств нарушения ответчиком, как поставщиком, обязательства по поставке предусмотренной договором продукции в установленный договором срок.
Установлено, что условия поставки продукции стороны определили в разделе 4 договора по условиям 4.1. которого Поставщик обязался осуществить поставку продукции по настоящему договору в срок до 28 февраля 2023 г. включительно одной или отдельными партиями.
В то же время в пункте 4.5. договора стороны согласовали, что в случае, когда поставка осуществляется на условиях предварительной оплаты, Поставщик обязан осуществить поставку продукции в срок, согласованный сторонами в договоре, или указанный в заявке на поставку продукции, и в пределах срока, предусмотренного действующим на момент осуществления предоплаты законодательством, регулирующим порядок осуществления предоплаты и с учетом п. 4.1.- 4.4. договора.
Вместе с тем доказательства внесения сторонами изменений в пункт 4.1. договора срока поставки продукции, согласование сторонами другого срока поставки продукции, доказательства направления истцом ответчику заявки на поставку продукции порядке пункта 4.5. договора с определением другого срока поставки, чем определенный в пункте 4.1. договора, в частности, до 31 декабря 2022 года, в материалах дела отсутствуют.
Следовательно, ВС согласился с тем, что суды предыдущих инстанций правильно и обоснованно отклонили доводы Истеца о том, что поставка продукции по договору должна была состояться в срок до конца 2022 года, как противоречащие условиям договора и имеющимся в материалах дела доказательствам.
Также, в кассационной жалобе Истец ссылается с тем, что суды предыдущих инстанций неправильно применили в. 2 Бюджетного кождекса Украины, осуществили неправильное толкование пунктов 1.4., 3.4., подпункта 15.3.1. пункта 15.3. договора, не учли выводы Верховного Суда от 09.04.2024,07.11. 2019 по бюджетному периоду и о том, что отсутствие бюджетного финансирования не освобождает от ответственности за нарушение обязательства, учитывая что пришли к ошибочному выводу о возможности осуществления Заказчиком оплаты продукции по договору в 2023 году после окончания бюджетного периода.
Верховный Суд не принял во внимание эти утверждения Скаржника ввиду следующего.
Согласно п. 2 Порядка использования средств, предусмотренных в государственном бюджете для обеспечения осуществления медицинских мероприятий отдельных государственных программ и комплексных мероприятий программного характера, утвержденного постановлением КМУ № 298 от 17.03.2011, получателем бюджетных средств является Государственное предприятие (Истец), относящееся к сфере управления Министерства здравоохранения Украины и перечня направлений профилактики, диагностики и лечения в течение соответствующего бюджетного периода.
Однако материалы дела не содержат доказательств того, что бюджетная программа «Обеспечение медицинских мероприятий отдельных государственных программ и комплексных мероприятий программного характера», на выполнение которой между сторонами по этому делу был заключен договор о закупке от 25.11. 2022 год, одобрена только на 2022 год. Материалы дела также не содержат доказательств закрепления (выделения в бюджете) средств под финансирование договора именно в 2022 году, как отсутствие финансирования упомянутой программы в 2023 году и невозможность осуществления предварительной оплаты в 2023 году.
Кроме того, ВС отметил, что по условиям договора обязанности сторон по предоставлению банковской гарантии, а также осуществление предварительной оплаты рассчитываются на днях: 14 дней и 90 дней соответственно. Условия договора предусматривают срок поставки продукции до 28.02.2023 и не содержат оговорки, что эта обязанность должна быть исполнена Поставщиком до конца 2022 года. Кроме того, установленный договором 90-дневный срок внесения Заказчиком предварительной оплаты (как с даты проведения аукциона, так и с даты заключения договора) истекает в 2023 году.
Установив эти обстоятельства, ВС согласился с судами предыдущих инстанций об отклонении ссылки Истца на Бюджетный кодекс Украины и возможность внесения предварительной оплаты только в 2022 году.
Кроме того, установлено, что заключенный между сторонами договор о закупке от 25.11.2022 года был расторгнут 31.12.2022 в одностороннем порядке Истцом как Заказчиком, то есть 31.12.2022 в результате расторжения договора с даты такого расторжения обязательства сторон по договору прекратились.
Установив эти обстоятельства, а именно: согласование сторонами в указанном договоре срока поставки продукции до 28.02.2023 и расторжение этого договора 31.12.2022, ВС, руководствуясь ст. 530 ГКУ, пришли к правильному выводу о том, что по состоянию на 31.12. 2022 — дату расторжения договора установленный в нем срок выполнения Ответчиком как Поставщиком обязательства по поставке продукции, не наступил, а с 31.12.2022 в результате расторжения договора обязательства сторон, в том числе обязательства Поставщика поставить продукцию по договору, прекратились.
Учитывая изложенное, Верховный Суд согласился с выводом судов предыдущих инстанций о том, что Истец не доказал обстоятельств нарушения ответчиком срока поставки продукции, что делает невозможным возложение на ответчика ответственности в виде штрафа, предусмотренного подпунктом 8.3.2. пункта 8.3. договора в повышенном размере и считал, что суды предыдущих инстанций правильно и обоснованно отказали в удовлетворении иска.